July 18th, 2014

ВОЙНА ОБЪЯВЛЕНА! (Окончание)

Морду в кровь разбила кофейня,
зверьим криком багрима:
«Отравим кровью игры Рейна!
Грома́ми ядер на мрамор Рима!»

ВОЙНА ОБЪЯВЛЕНА
Маяковский В. В.


Воспоминания профессора Н.А. Агрономова о начале Первой мировой войны, заставшей его на отдыхе в Швейцарии.




Публикуется впервые. Обработка оригинала незначительна. Использование данного материала в печатном виде возможно только с моего личного согласия. В случае использования данного материала в электронном виде, обязательна ссылка на данный блог.

Начало здесь: http://welder-history.livejournal.com/28883.html


Всего 3 листа (5 страниц).


Лист 2 (Страница 2)

такого-то». Русский турист за границей не особенно жалуется нашими посольствами и консульствами. Несмотря на это, мы тихонечко открыли дверь, надеясь слабо на то, что посольство в эти дни отрешиться от обычных порядков. К общему нашему изумлению посольство оказалось действительно открытым, вернее, в распоряжение публики была предоставлена лестница. На ней в терпеливых позах помещалось несколько соотечественников. Между ними и нами происходит следующий диалог. На дверях посольства объявление, предлагающее русским, возращающим домой, направляться на Франкфурт (?). Интересно знать, сколько русских, очутившихся в Германии, с благодарностью вспомнило в хлевах, бойнях и т.п. этот дружеский совет. Ничего не узнав в посольстве, мы вернулись на вокзал, где взяли билет на Дижон (в Францию). До Невшателя поездка не лишена была даже приятности. В вагонах было довольно свободно. Кроме того мы все ближе и ближе приближались к Франции. На вокзале повстречались с некоторыми соотечественниками. Не могу забыть одного из них наивно взявшего билет на Берлин и советовавшего нам последовать его примеру. Не забуду мамашу с двумя дочками истерично метавшуюся по вокзалу, и все еще не могущую поверить в безвы и с ужасом вопрошавшую самое себя «как я проживу на эти гроши».

От Берна до Невшателя прогулка была не лишена даже приятности. Публики мало, в вагонах просторно, свежо. В Невшателе пересадка. Влезаем в переполненный поезд. Стоим на площадке вагона. Неизвестно отчего


Лист 2 (Страница 3)


начинает привязываться полупьяный швейцарский кондуктор, влезает на одной из станций пьяный швейцарский резервист, обнаруживающий признаки морской болезни.

Между тем поезд начинает прибавлять ходу. Мчимся все сильнее и сильнее. Закрадывается неприятная мысль, подсказываемая общим пьяным настроением: «не подпил ли сам машинист».

У французкой границы поезд стоит более часа. На вопрос почему, получаю ответ, что де виной всему симплонский туннель «Симплонь шамет»

После французкой границы таможенный осмотр и снова наш поезд мчится с бешенной скоростью. На разсвете Дижон. Усталые, измученные безсонной ночью, бешенной ездой, вылезаем на перрон. Вокзал представляет необычайное зрелище. Где только можно, расположились спящие резервисты в самых живописных позах. Везде горы багажа: сундуки, чемоданы и т.д. В буфете, в залах все переполнено спящими. Не спящие шумно передвигаются, читают газеты,... Поминутно матери ???

На стенах объявление об общей мобилизации…

Подходит поезд. Толпа бросается к нему. Штурмом берет на ходу места. В окна летит багаж. В это время Дижонская газета приносит известие о смерти Жореса. Известие это еще более возбуждает толпу.

После долгих разговоров и разспросов нам удалось узнать, что лучший путь на север Европы через


Лист 3 (Страница 4)

Париж. В 7 ч. утра мы снова в вагоне. На этот раз публики в вагоне почему-то очень мало. Между мною и спутниками завязывается разговор. Более всего конечно интересует французов, как всегда, казаки, величина России, снега ея и т.д.

Сравнительно скоро мы оказываемся в Париже. При выходе с вокзала оказываемся в довольно безвыходном положении. Нет ни экипажей, ни автомобилей, а между тем страшно хочется пробраться поскорее к северному вокзалу. Да и стоять около Лионского вокзала было не особенно приятно: собирался митинг, а в Швейцарии нас напугали уличными разстрелами в Париже. Кое как сторговали возницу и двинулись. От Лионского вокзала до Севернаго путь некороткий и мы имели возможность хотя и поверхностно ознакомиться с настроением парижской толпы. На северном вокзале нас ожидал сюрприз: поезда не идут. На жалобный вопрос, когда же возстановится движение, следует ответ «недели через две». Перспектива остаться в Париже на две недели, с ограниченными средствами, с сильнейшим стремлением в тяжелые дни быть в России – перспектива не из завидных. Что делать? Случайно подвернулся нам какой-то субъект с надписью «Nord» на фуражке, который при виде раскрытого мною кошелька, оказался довольно сговорчивым малым. Да и слезныя моления нашей спутницы барышни трогают сердце француза. Прорываемся


Лист 3 (Страница 5)

через цепь городовых на вокзал, вручаем кому-то 35 ? фр. и смелым врываемся в вагон, несмотря на отчаянное сопротивление уже занявших там места.

Поезд трогается. И вот мы едем по Франции. На всех станции полны мобилизованных, охраняют мосты, пути. На Вид Встречаются военные поезда, артиллерия, обозы… Здесь уже чувствуется воинственный дух Франции… Нашему поезду машут шляпами, раздаются клики «a la guerre». Около К бельгийской границе становится спокойнее…



Collapse )